Пятница, 22.09.2017, 15:38
 
Главная Регистрация Вход
Приветствую Вас, Турист · RSS
Меню сайта
Категории каталога
Что стреляем? [35]
Объекты охоты.
Чем стреляем? [43]
Чем охотимся? Из чего и чем стреляем?
Где стреляем? [3]
Охот угодия, цены, зверь...
Браконьерство [2]
Проблемы и ответственность.
Автотранспорт [2]
На чем охотимся?
Одежда [3]
В чем охотимся?
Разное [11]
Все что не вошло в категории выше.
Законы, указы, правила [13]
Все о правовой стороне вопроса
Снаряжение [0]
Все что касается снаряжения охотника
Наш опрос
Что на сайте для Вас важнее?
Всего ответов: 791
 Каталог статей
Главная » Статьи » Охота. » Что стреляем?

Охота на зайца

Охота на зайца

Охота с гончими. Поздней осенью в русских лесах заунывно и музыкально трубят охотничьи рога, различно звенит жаркий и страстный гон...

Охота с гончими — массовая русская охота — очень трудна и утомительна, увлекательна и красива. Добычливость ее зависит от самых различных причин; от количества зверя и качества гончих, от погоды и опыта охотника. Успех на этой охоте решает, в конце концов, все же собака. Гончая, без пользы тявкающая и копающаяся на жировке, часто «скалывающаяся» и бросающая зайца на первом или втором круге, только раздражает охотника и лишает охоту ее обаяния и смысла. Конечно, можно и из-под такой собаки взять зайца, но это никогда не дает того удовлетворения, которое получаешь от зайца, добытого в результате длительного и азартного гона.

От собаки необходимо требовать прежде всего острого чутья и вязкости (неутомимости). «Паратость» (легкость, быстрота) не является первостатейным качеством гончей: под паратой гончей заяц идет слишком резво, хотя и скорее утомляется. «Пешие» гончие гонят гораздо спокойнее: заяц часто приостанавливается, прислушивается и легче попадает под выстрел. Однако гончие-тихоходы тоже не удовлетворяют охотника: они-снижают и замедляют темп и ритм этой волнующе-стремительной охоты. Следует, видимо, держаться «золотой середины», выбирая между паратой и пешей гончими.

Охота с гончими разрешается в среднерусской полосе примерно с начала ноября. В это время листопад заканчивается, наступают сырые и прохладные дни — собака полностью владеет чутьем и гораздо дольше не выбивается из сил.

Кстати, о чутье. Бывают случаи, что охотники «вытаптывают» зайца в том самом месте, где только что прошла собака. В чем же тут дело? В отсутствии чутья у гончей?

П. А. Мантейфель пишет по этому поводу:

«Дело тут не в чутье, а в зайце, у которого шкурка почти не пахнет, так как в ней нет потовых желез... След чует собака потому, что именно на подошвах зайца много потовых и сальных железок, оставляющих сильный запах на следу. Сидящего зайца с прижатыми к земле лапками никто не чует, а бегущего чует хищник даже на полном скаку. След зайца, только что вскочившего с лежки, собака чует много хуже, чем того, который перед тем долго бежал. Усталый заяц оставляет более потные отпечатки лапок, чем лежавший на лежке без движения...»

Сыроватая, не пересыщенная дождями земля и возможно полная тишина в воздухе — самые благоприятные условия для охоты с гончими. Мороз, выстудивший землю до крепости камня, притупляет ощутимость звериного следа. Сильный ветер приглушает гон даже на близком расстоянии: невозможно следить за его направлением, невозможно выбрать верный лаз. Сильный дождь заливает заячьи следы, гололедица «подбивает» лапы гончих. И только тихая, мягкая, влажная погода помогает перечувствовать всю красоту охоты с гончими: гон слышен далеко, во всех своих переливах, ход зайца определяется с достаточной точностью.

На охоте с гончими приходится совершать длительные переходы и перебежки, накликать и подбадривать собак голосом (порсканием) или рогом и, пока они не взбудят зайца, постоянно помогать им, вытаптывая наиболее глухие места. Но пользоваться рогом надо осторожно, во всяком случае не трубить почти без перерыва, иначе гончие, привыкая к звукам рога, перестают идти на вызов. Когда охотник сам поднимает зайца, он сейчас же накликает гончих (если, конечно, они в это время не заняты гоном, так как отзывать собак с гона не следует ни в каком случае).

Главная задача на охоте с гончими — возможно быстрее и любым способом возбудить зайца. Остальное при наличии хорошей собаки зависит от охотника. Как только заяц поднят, всякий крик и шум прекращается. Перебегать иногда необходимо, от этого нередко зависит возможность выстрела. Но при беге не надо излишне шуметь и стучать, чтобы не «оттопать» зайца.

Вообще же излишняя непоседливость на охоте с гончими вредна.

Заяц имеет определенные повадки. Он почти всегда возвращается, например, к своей лежке и, делая круги, неоднократно проходит одними и теми же местами. Каждый охотник, зная об этом, старается дождаться возвращения зайца к лежке и все-таки очень редко выстоит до конца: «перемолчка» собаки или опасение, что кто-либо из товарищей перехватит зайца, заставляют охотника срываться с верного и надежного места.

Заяц далеко не всегда идет более или менее правильными кругами. Во время листопада он избегает березового леса: его тревожит шум листьев; в овражистых лесах придерживается края оврагов, так как предпочитает не бежать под гору, а иногда путает и «разрывает» круг в силу какого-либо неожиданного испуга.

Погода тоже оказывает большое влияние на величину круга. Когда земля подморожена «утренником», беляк делает самый большой и широкий круг. При ветре круг бывает меньше, нежели в тихий день, и притом не столь правильный (это объясняется, повидимому, тем, что голоса гончих, развеваемые ветром, звучат слабее). Быстрота гона тоже влияет на круги зайца. Под паратыми гончими заяц идет широкими и правильными кругами; под пешими дает менее правильные и более короткие круги.

На кругах беляк нередко «петляет», а потом затаивается, сбивая этим собаку. Собака, разбираясь в запутанных заячьих следах, далеко не сразу определяет то место, где укрылся заяц: запах доносится то с одной, то с другой стороны…

Заяц-русак
Заяц-русак

Заяц же, услышав приближающуюся гончукх неторопливо поднимается, делает несколько бесшумных прыжков и, выбираясь на прежний след, со всей резвостью продолжает свой ошалелый бег. Скоро он опять сбивается с круга и, петляя, ищет наиболее потайное место.

Для успешности охоты необходимо знать привычки и повадки зайца применительно к времени года и природным условиям.

Так, поздней осенью беляки, живущие в лесах среди полей, кормятся обычно на озими. Если полей поблизости нет, беляк «путешествует» на кормежку на обкошенные полянки, в молодой осинник. Залегает беляк чаще всего в местах с густой травой, в плотном сосняке, в буреломе, .под вершиной давно срубленного дерева. В сухую осень заяц держится поблизости от ручьев, речек и озер, в сырую — на возвышенных сухих местах.

Выбор лаза определяется главным образом обстановкой. Выгоднее всего становиться на дорогах, на просеках, в редколесье, на кромках сеч, на небольших полянах среди густого леса, около болот, где любит скрываться заяц.

В рассказе М. М. Пришвина «Зайцы-профессора» говорится об этом:

«Научились в тот год «профессора» с подъема жарить по прямой линии версты за три и кружить в одном болоте, покрытом густейшим ельником. Собака едва лезет в густели, а он — ковыль-ковыль, тихонечко .переходит с кочки на кочку, посидит, послушает, скинется, ляжет. Пока собака доберет, пока разберет, он отлично себе отдохнет, прыгает и опять ковыль-ковыль по болоту...»

Основные правила при выборе лаза замечательно сформулированы Л. П. Сабанеевым в его «Охотничьем календаре».

Вот эти правила, и до сих пор сохраняющие свою точность и всеобъемлющую полноту:

«1. Становиться на лаз всегда следует так, чтобы ветер был от зверя на охотника, а не наоборот. Если так стать нельзя, то лучше даже не подходить к лазу и стать на лаз, когда гончие уже переведут через него зверя. Так, если охотник находится в середине острова, ветер с юга, а гончие гоняют в северной части острова, то нужно переждать где-нибудь, пока зверя переведут в южную часть, и тогда быстро занять лаз. Можно также становиться при неблагоприятном направлении ветра и около главного лаза, которым зверь выходит из острова, но непременно на открытом месте, на виду, с той целью, чтобы зверь (лисица в особенности) заметил человека и дольше продержался в острове, не выходя из него.

2. Став на лазу, необходимо расположиться как можно удобнее: осмотреться, не мешает ли какая ветка, и если мешает, то обрезать; попробовать, можно ли удобно прицелиться по всем направлениям, откуда ждешь зверя; по чернотропу откинуть сухие ветки, чтобы не треснула под ногой, а по пороше утоптать снег, чтобы не скрипел. Занимая лаз, необходимо оглядеться, осмотреть, где заняли места товарищи, 'и легким посвистом дать знать ближайшим, где сам занял место; затем сообразить расстояние от занятого места до прогалин и просветов между деревьями, где может показаться зверь, изучить, так сказать, местность в пределах выстрела. Зверь может появиться без гона (шумовым), причем он идет особенно осторожно; поэтому на лазу необходимо каждый момент быть' готовым к выстрелу — внимательно смотреть, ружье держать в руках со взведенными курками, а не ставить около себя.

3. Необходимо соблюдать на лазу полнейшую тишину. Стоя на лазу, нельзя ни кашлять, ни чихать, ни сморкаться; если уже необходимо сделать то или другое, то кашлянуть или чихнуть можно, только плотно закрыв лицо шапкой.

4. Надо всегда стоять на лазу по возможности скрытно, но, главное, совершенно неподвижно; становятся так, чтобы было видно то место, откуда может показаться зверь, т. е. лицо должно быть совершенно открыто, но необходимо позаботиться о том, чтобы голова и верхняя часть тела сливались с темным фоном, а не вырисовывались перед зверем. Лучшее место — под деревом, лицом в сторону, откуда ждут зверя; нужно плотно прижаться спиной к дереву, слиться с ним. В таком положении охотнику ничто не закрывает поля зрения и он долго может сохранять совершенно неподвижное положение; если же охотник одет в платье, подходящее к коре древесины, то он очень мало заметен. Становиться . за деревом, как это делает большинство, отнюдь не следует, так как никогда за ним неподвижно •не устоять, и охотник непременно будет из-за него выглядывать, и зверь, следовательно, его скорее заметит. В кустарнике, где нет высоких деревьев, надо выбирать такое место, чтобы перед охотником был низкий куст, а за ним высокий; если такого куста нет, то обрезать (но не обламывать) ветки так, чтобы куст закрывал охотника только по грудь и ничто не мешало ему смотреть вперед. Охотясь в камышах, надо становиться около края камышей и обрезать их перед собою. Здесь лучше иметь не темное, а желтое платье. На платье (и на оружии) ; должно быть ничего блестящего или бросающегося в глаза».

Заяц не боится воды. Перехватывая как-то беляка из-под собаки, один охотник вышел к довольно широкому болоту в лесной долине с осокорем и бочагами. Собака вела именно сюда, в болото. Скоро показался заяц. Он пошел не краем болота, а серединой, осокорем. Достигнув большого бочага, заяц, не прекращая бега, ловко прыгнул в воду, быстро поплыл, наотмашь работая передними лапами, а потом, стряхнувшись, зачастил «потным» местом. Оттуда после выстрела его и вытащили за уши.

В другой раз беляк, слегка задетый дробью, бросился в ... Волгу. Несколько отплыв от берега, он стал держаться в воде, и зайца пришлось бы оставить, но помог прижать его к берегу проплывавший мимо рыболов.

Судя по некоторым данным, заяц способен переплывать даже широкие реки. В интересном очерке Ф. Исупова «Зайцы-герои» читаем:

«По первой тревоге заяц кустами сползал незаметно к реке (Десне), спускался в воду и переплывал широкую и глубокую реку... Чтобы достигнуть противоположного берега с пункта, где ему удобно было вступить в воду, с мысочка, и где в других местах сплошь обрывистый берег, а равно и выбраться на другом, тоже отвесном берегу, заяц должен -был плыть наискось, против течения быстрой реки, приблизительно саженей до ста водного пути. Заяц прошел неожиданно для меня, наблюдавшего переправу его с берега, быстро и ровно стряхнулся и удрал через луга в лес...»

В некоторых случаях заяц очень ловко выбирает свои переходы. Однажды беляк, поднятый собакой поблизости от лесной реки, быстро ока^ зался на другом берегу. Пришлось идти за несколько километров, где был мост. Но, пока охотник дошел до места, заяц снова перемахнул на этот берег. Сделав круг, он опять ушел за реку. Река тут была довольно широка, а берега круты. Охотник стал искать заячий переход и наконец нашел его: это была шаткая бревенчатая переправа в неожиданно узком месте реки. Она была устроена, повидимому, косцами или грибниками. Берег был тут более или менее пологий. Гон терялся в лесу, но охотник ждал уверенно: отличная собака не могла ни «сколоться», ни бросить зайца. И дождался: заяц, уже совершенно белый, будто слепленный из снега, бойко покатился берегом, вынесся на мостик и, сбитый выстрелом, шлепнулся в реку. Охотник обсушил его у костра...

Охота с гончими очень часто имеет групповой характер. Эта охота, протекающая целиком на ходу, в перебежках, требует от каждого ее участника особенной осторожности и тщательного соблюдения правил стрельбы. Никогда и ни в каком случае нельзя стрелять по птице, если она летит (или сидит) на уровне роста человека. Исключается также стрельба «по шуму» или «шороху»,— стрелять по зайцу надо только тогда, когда он явственно виден охотнику. Не рекомендуется бить набегающего зайца навстречу (на штык): можно засечь дробью собаку, особенно если она паратая. Подходя к товарищу, убившему зайца, обязательно нужно спустить курки или передвинуть предохранитель. Когда охотники идут вместе, ружье следует держать стволами вверх. Надо также рассчитывать и беречь силы: не слишком много бегать с утра, чаще останавливаться, ослу-шивая собак, присаживаться во время перерывов гона и т. п.

При наличии хорошей собаки и «заказной» погоды охота с гончими — одна из самых поэтических охот.

Разумеется, каждый вид охоты имеет свою неповторимую прелесть. Охота на беляков вплотную сближает охотника с потаённой жизнью леса, дает почувствовать гон во всей его страстности и силе. Охота на русаков радует широтой и простором полей, предоставляет возможности для наблюдения над повадками зайца во время гона. Охотник, в особенности если он вооружен биноклем, зачастую может подолгу следить за ходом русака по овражкам и пашням, по окрай-кам перелесков и болот, по жнивьям, бороздам и межам. Возможный лаз зайца определяется на этой охоте скорее зрением, нежели слухом: охотник то и дело видит вдалеке зайца и собак, иногда почти не слыша звуков гона из-за расстояния или из-за ветра.

Русак, в особенности старый, опытный, делает очень большие круги, любит путать гончих на перетоптанных стадом местах, уходит на деревенские гумна, в сады и т. п. Для охоты за русаками нужны чутьистые, вязкие и паратые гончие, которые сравнительно быстро выматывают зайца, заставляя его переходить на малые круги.

Охота на русаков по чернотропу особенно хороша в дни поздней осени, когда земля влажна и крепка, но еще не тронута морозом, а поля, лежащие в голубоватой мгле, как бы очарованы тонкой и звучной тишиной. Весело в такие дни слушать где-нибудь на опушке перелеска то наплывающий, то отдаляющийся гон, весело заметить вдалеке, на жнивьях, темную подвижную точку — зайца, который, все вырастая и удлиняясь, стелется по черной, глянцевитой борозде навстречу выстрелу...

Но эта охота зачастую очень и очень утомительна: русак уводит собак далеко, гон и направление теряются, и приходится делать длительные переходы, во время которых случается перелезать через топкие болота и одолевать размокшие пашни.

По белой тропе охота за русаками с гончими легче: следы выдают каждое движение зайца, а белизна снега позволяет видеть его решительно повсюду, на любом открытом месте. Однако успех охоты и в данном случае зависит от гончих: русак, особенно в пору глубоких снегов, ходит преимущественно по дорогам, изъезженным дровнями и машинами, да еще имеет манеру «скидываться» — саженным прыжком — в сторону. Под хорошими, неутомимыми гончими заяц рано или поздно попадает под выстрел: дорог в поле не так-то уж много. Но с плохими гончими лучше вовсе не охотиться по русаку, если, конечно, не надеяться на печально-старинное «авось».

Еще труднее зимние охоты с гончими на беляков. Собаки чуть ли не по уши вязнут в сугробах, быстро выматываются, а при насте в кровь сбивают лапы. Заяц идет очень далеко от собак — он почти не вязнет в снегу — что затрудняет его перехват. Ходьба на лыжах по глубоким снегам среди деревьев, кустов и пней сильно утомляет и охотника.

Заяц-талай, или песчанник
Заяц-талай, или песчанник

Но и глубокой зимой бывают превосходные дни для охоты — тихие, мутные, слегка морозные дни после оттепелей. Снега оседают, уплотняются, покрываются сверху новой, пушистой белизной, словно каким-то легким порошком. Ходить тогда легче: лыжи покачиваются, как на пружинах, заячий след становится ясным и «теплым», гон — быстрым и неутомимым...



Материал подготовил Кирилюк В.В.

Охота в узёрку. На грани между осенью и зимой существует способ охоты на зайцев-беляков в узёрку (от слова узреть, увидеть).

«Необходимое условие для этой охоты,— писал С. Т. Аксаков,— долгая мокрая осень; в сухую и короткую зайцы не успевают выцвесть; нередко выпадает снег и застает их в летней шкуре. В ненастное же время зайцы, чувствуя неприятную мокроту, беспрестанно трутся о деревья, кусты, стога сена или просто валяются на земле... Зайцы выцветают не вдруг: сначала побелеет внешняя сторона задних ног или гачи, и тогда говорят «заяц в штанах»; потом побелеет брюхо, а за ним все прочие части, и только пятном на лбу и полосою по спине держится красноватая, серая шерсть; наконец, заяц весь побелеет, кап лунь, как колпик *, как первый снег».

Охота в узёрку производится именно на такого высветлевшего зайца. Она бывает удачной только в теплые и мягкие дни, когда заяц лежит особенно крепко, а сыроватая земля обеспечивает легкий и бесшумный подход. В морозные дни, по выстуженной и гулкой земле охота в узёрку малодобычлива: заяц более чуток и редко подпускает на выстрел.

Охотиться в узёрку надо умело и с толком, выбирая наиболее типичные заячьи места: небольшие прогалины, вырубки, кочковатые, заросшие осокорем' болота, низкорослые еловые и можжевеловые заросли, небольшие кучи хвороста, обмокшие оранжевые папоротники.

Идти нужно тихо, легкой походкой следопыта, внимательно, со всей возможной зоркостью, оглядывая «нижний этаж» леса.

И вот под распластанной вековой сосной охотничий глаз различает что-то вроде белой ромашки или ватного клочка: беляк с безупречным маскировочным искусством укрылся под деревом, среди палых листьев, вялого мха и душистой можжевели.

Выстрел, глухой и короткий, ссекает и решетит древесную кору, дробит и разбрасывает мокрые ветви. Заяц, вытянутый из-под дерева за пружинистые задние лапы, очень пушист и тяжел. Весь белый, хорошо пахнущий сосновой смолой и горьким березовым листом, он дает бодрое и веселое ощущение близкой охотничьей зимы, туманной и тихой пороши...


По русачьим маликам (тропление). Старинное охотничье слово «пороша» вызывает ощущение пушистой легкости и пахучей свежести. Оно звучит, как зов рога: поэтическая прелесть первого снега проходит через всю жизнь охотника.

По пороше охотятся и с гончими, и самостоятельно — по следам русака (так называемое тропление).

Тропление русака — целое искусство, которым охотник овладевает в процессе непрерывного опыта. Но и самое изощренное искусство следопыта увенчивается успехом только тогда, когда существуют благоприятные условия для охоты. Основные условия, содействующие успеху при троплении русака,— хорошая погода и хорошая пороша.

Если снег, густо и ровно покрывающий землю, прекращается вечером, заяц, проголодавшийся за день, ночью выходит на кормежку, оставляя на свежем и чистом снегу длинный печатный след. Когда же снег перестает только перед рассветом, заяц или не встает совсем, или дает только короткий малик. Ясно, что «длинный» малик — русак исходит за ночь не малое пространство! — выгоднее для охоты.

В теплую, мягкую или оттепельную погоду заяц лежит очень крепко, и подойти к нему на выстрел, естественно, легче. При морозе заяц обычно не подпускает охотника.

Бывают, впрочем, и исключения: заяц в иные теплые дни вскакивает с лежки вне выстрела, а в мороз лежит как скованный. Поскольку все звери очень остро чувствуют любую перемену погоды, первый случай может быть объяснен тем, что в ночь ударит крепкий мороз, а второй -переходом мороза в оттепель.

Заяц почти никогда не ложится в чистом, открытом поле, он постоянно выбирает то или иное укрытие: овражек, снеговой намет («удув», по выражению Аксакова), ямки, кусты, бурьян и т. д.

При ветре заяц ложится обязательно где-нибудь в затишье, мордой к ветру (ветер, дующий по шерсти, не так холодит зверька). Поскольку же заяц лежит мордой к ветру, подходить к нему следует сзади, против ветра, чтобы зверек не заметил охотника.

Разбираться в заячьих следах, иногда сплошь испестривших поле, нелегко. Например, если в течение нескольких тихих дней не бывает снегопада, количество следов непрерывно увеличивается и здесь нужны умение и зоркость, чтобы отличить свежий след от застарелого.

Почти совсем нельзя охотиться в поле при поземке; она сдувает и засыпает любые следы.

Если на следах различаются хотя бы мельчайшие звездочки - - снежинки, это указывает на то, что он уже потерял свою свежесть. Даже иней, с такой пышностью украшающий деревья и кусты, оседает на следу чуть заметными кристаллами, которые отмечаются внимательным следопытом как свидетельство устарелости следа.

Н. А. Зворыкин, первоклассный следопыт и художник, так определял наличие инея на следах: «Садясь решительно на все предметы, иней особенно заметен на предметах выступающих. В этом случае он увеличивает их размеры. Садится иней не только плоскою стороной своих пластинок и звездочек, но и ребром. Поэтому предметы, покрытые инеем, имеют шершавый, щетинистый вид.

Это свойство инея помогает различать старые следы, которые можно было бы принять за свежие, если бы они не замшились инеем. Благодаря окружению колючим валиком инея, такие следы кажутся уже издали мохнатыми.

Дни, когда осаживается иней, бывают чаще мглистые, с лиловатым тяжелым освещением, очень затрудняющим рассматривание следов».

Лучше всего тропить русаков во время «мертвой пороши», отмечающейся глубиной снега и «короткостью». Эта пороша, засыпающая все следы, делает снеговые просторы чистыми, безжизненными («мертвыми»), и лишь совершенно свежие следы, ведущие обычно на лежку зверя, красиво оживляют ее. Тропление зайца по свежим следам «мертвой пороши» почти всегда венчается успехом. Заяц идет только прыжками, вынося вперед (за передние) свои задние лапы, которые у него длиннее передних.

Лапы его отпечатываются на снегу довольно своеобразно:

«Четыре ямки, четыре голубоватые тени на чистой, розовеющей от зари вершине сугроба. Две маленькие сзади, две побольше впереди» (А. Н. Формозов «Спутник следопыта»).

Охотники делят заячий след на жировой, ходовой и тонный.

Жировой — это след, оставляемый на месте кормежки (жировки). Сплошной, густой, сложный узор жировых следов почти не поддается «распутыванию», и охотник, не занимаясь этими следами, старается найти ходовой след, т. е. начать непосредственно тропление.

Тропление русака чрезвычайно интересно, увлекательно и красиво.

Манчьжурский заяц
Манчьжурский заяц

«А в зимний день ходить по высоким сугробам за зайцами, дышать морозным острым воздухом, невольно щуриться от ослепительного мелкого сверканья мелкого снега, любоваться зеленым цветом неба над красноватым лесом!..» — писал в заключение «Записок охотника» И. С. Тургенев.

С. Т. Аксаков посвятил троплению русака восторженные и страстные строки:
«Длинною» или «короткою» пороша называется по количеству времени, какое остается после выпадения снега до света, т. е. до обычного времени дневки зверя (Н. А. Зворыкин).

«И что за красота, когда он (русак) вылетит из удува на все стороны, рассыпав снежную пыль, матерый, цветной, красивый, и покатит по чистому полю. Весело прекратить этот быстрый бег метким выстрелом, от которого колесом завертится русак с разбега и потом растянется на снегу!..»

Л. Н. Толстой оставил гениальное описание повадок русака. Думается, что охотники не посетуют на то, что оно приводится здесь полностью: подобного описания в нашей литературе больше нет.

«Заяц-русак жил зимою подле деревни. Когда пришла ночь, он поднял одно ухо, послушал, потом поднял другое, поводил усами, понюхал и сел на задние лапы. Потом он прыгнул раз-другой по глубокому снегу и опять сел на задние лапы и стал оглядываться. Со всех сторон ничего не было видно, кроме снега. Снег лежал волнами и блестел, как сахар. Над головой зайца стоял морозный пар, и сквозь этот пар виднелись большие яркие звезды.

Зайцу нужно было перейти через большую дорогу, чтобы прийти на знакомое гумно. На большой дороге слышно было, как визжали полозья, фыркали лошади и скрипели кресла в санях.

Заяц опять остановился подле дороги. Мужики шли подле саней с поднятыми воротниками кафтанов. Лица их были чуть видны. Бороды, усы, ресницы их были белые. Из ртов и носов их шел пар. Лошади их были потные, и к поту пристал икей. Лошади толкались в хомутах, ныряли, выныривали в ухабах. Мужики догоняли, обгоняли, били кнутами лошадей. Два старика шли рядом, и один рассказывал другому, как у него украли лошадь.

Когда обоз проехал, заяц перескочил дорогу и полегоньку пошел к гумну. Собачонка от обоза увидала зайца. Она залаяла и бросилась за ним. Заяц поскакал к гумну по субоям; зайца держали субои, а собака на десятом прыжке завязла в снегу и остановилась. Тогда заяц тоже остановился, посидел на задних лапах и потихоньку пошел к гумну. По дороге он на зеленях встретил двух зайцев. Они кормились и играли. Заяц поиграл с товарищами, покопал с ними морозный снег, поел озими и пошел дальше. На деревне было все тихо, огни были потушены, только слышался на улице плач ребенка в избе да треск мороза в бревнах изб. Заяц прошел на гумно и там нашел товарищей. Он поиграл с ними на расчищенном току, поел овса из начатой кадушки, взобрался по крыше, занесенной снегом, на овин и через плетень пошел назад к своему овр'агу. На востоке светилась заря, звезд стало меньше, и еще гуще морозный пар поднимался над землею. В ближней деревне проснулись бабы и шли за водой, мужики несли корм с гумен, дети кричали и плакали. По дороге еще больше шло обозов, и мужики громче разговаривали.

Заяц перескочил через дорогу, подошел к своей старой норе, выбрал местечко повыше, раскопал снег, лег задом в новую нору, уложил на спине уши и заснул с открытыми глазами».

... Тропить зайца надо рано утром, по свежим, ясным и четким следам.

Вот на опушке, на выходе в поле, находишь, наконец, русачий малик, как бы сохраняющий пахучее тепло заячьих лап. Заяц шел, очевидно, совершенно спокойно, легкими и мерными прыжками. С опушки он пошел в долину, прыжком пересек незамерзший ручей и с той же ровностью замахал окрайкой поля. Выпрыгнув на дорогу, русак присел — на снегу отчетливо виднеются пазанки задних лап,— неторопливо двинулся по колее, где недавно прокатил грузовик, оставивший оттиск витой, упругой шины.

Малик потерялся: надо спокойно двигаться по дороге, высматривать возможную «скидку», внимательно оглядывать каждый придорожный куст, каждую полоску бурьяна. Невдалеке капустник. Зная привычки зайца, можно быть уверенным, что именно здесь и сделает свою головокружительную скидку русак. Так и есть: чуть ли не за десяток шагов от дороги опять виднеются четыре косые ямки, скоро переходящие в сплошную шахматную путаницу. Русак — и, очевидно, очень долго — глодал смороженные кочерыжки, затем с другого конца поля вновь вернулся на дорогу, поднялся на задние лапки, прислушался и не спеша снова направился к капустнику.

После жировки заяц вымахнул в поле, делая огромные прыжки: четыре ямы вытянулись почти в ровную линию, в цепочку.

Русак сделал тут резкий поворот, даже оступился — на снегу остался пунктирный полукруг,— вернулся тем же следом назад («спетлял»), а потом опять «скинулся» в кустарник.

На озимях, прилегающих к перелеску, он оставил еще несколько кружевных петель, и, наконец, зачастил среди берез, и где-то залег: выходного следа при обходе перелеска не обнаруживается. Заяц где-то здесь, близко...

Окончательная удача охоты зависит при троп-лении от осторожности и рассчитанности каждого шага, от ежесекундной готовности к трудному выстрелу по русаку, вымахнувшему из какого-нибудь можжевеловвго куста.

Русак, растянувшийся на снегу, очень красив: его густая седина перепорошена золотом, по спине чернеет тканый кушак, в глубине стеклянных глаз вспыхивают янтари.

А вокруг бледный и тусклый зимний свет, в котором тихо-тихо дремлют, мягко синеют родные русские леса...


Лунными ночами (на засидках). На западе, над бором, еще не угасло солнце, а на другом склоне неба, на востоке, уже светится луна. Все вокруг розовеет и золотится — и полевые снега, и деревенские крыши, и лесная опушка.

Все больше и больше показывается звезд в чистой пустоте неба, все спокойнее и тише делается в деревне. Звонко, но как-то лениво, предсонно лает и сразу стихает собака. Ломко доносится хруст и скрип валенок по смороженному снегу: это возвращается с посиделок молодежь, и звучный девичий голос бодро разносится в морозном воздухе.

Потом стихают и эти звуки.... Тишина великая, ненарушимая.

Далеко-далеко слышны в этой тишине осторожные прыжки зайца-русака, направляющегося жировать на гумно. Заяц постепенно приближается, за ним, удлиняясь, ломается бесформенная тень. Вот он делает широкий круг и, задерживаясь на гребне сугроба, поднимается на задние лапы. Неожиданно сбитый выстрелом, заяц сползает вниз, где сидит, кутаясь в дубленый полушубок, неподвижный охотник.

Охота на засидках, сравнительно малодобычливая, интересна в первую очередь для охотника наблюдателя и любителя природы. Она дает возможность наблюдать зайца в естественно-природной обстановке, на кормежке, и одновременно любоваться лунной ночью (темной ночью эта охота, понятно, почти невозможна).

Охота на засидках производится глубокой зимой, когда русак в поисках корма «жмется» ближе к селениям, в частности к сенным сараям, около которых он подбирает сенную труху.

Прежде чем отправиться на засидку, охотник определяет тот сарай (или стог сена), который особенно усердно посещается зайцами. Это определяется обычно по следам.

Некоторые охотники пользуются при этом способом приваживания зайцев к тому или иному определенному месту, подкладывая приманку — листья и кочерыжки капусты, мелкий клевер и т. п. Зайцы будут неизменно посещать это место.

Отправляться за засидку надо как можно раньше, на закате солнца: заяц, проголодавшийся за день, выходит на жировку сразу же, как наступят сумерки.

Непременное условие на этой охоте — полная и безоговорочная неподвижность охотника.

Выбор места тоже, разумеется, много способствует успеху охоты; садиться лучше всего или в сарае, или около него и притом так,чтобы фигура охотника оставалась незаметной (для чего нужно сделать прикрытие или одеться под цвет стены).

Засидки у сенного стога менее надежны: они ограничивают круг обстрела. Заяц может подойти с противоположной стороны и таким образом останется «невидимкой».

Поскольку выстрел при зыбком лунном свете довольно труден, выцеливать зайца надо тщательно, выбирая позицию с таким расчетом, чтобы луна находилась сзади охотника.


Прочие охоты на зайцев. Существует немало и других охот на зайцев.

Наиболее древняя охота на зайцев — охота с борзыми, пышно процветавшая еще в Киевской Руси.

Охота с борзыми, отраженная в многочисленных и блестящих литературных памятниках, давно уже осталась «за гранью прошлых дней», и интерес, проявляемый к ней, в значительной мере только исторический.

Эта «потеха», полная удали, смелости и щегольства, отличалась своеобразной красотой и имела определенное значение в деле подготовки воинов-кавалеристов.

Сцены псовой охоты в «Войне и мире» Л. Н.Толстого и в «Записках мелкотравчатого» Е. Э. Дриан-ского нельзя перечитывать хладнокровно: они волнуют до глубины души, как волнуют старых моряков шумные паруса, полные ветра и солнца. Нельзя спокойно думать об «отъезжем поле» — уже в самих этих словах заключена поэзия,— об охотниках на конях, о борзых, «мотающих» на угонках резвого, матерого русака...

Дикие кролики
Дикие кролики

Псовая охота, как, может быть, никакая другая, требовала огромного предварительного труда, разностороннего опыта и тончайших знаний, касающихся повадок зверей.

Но эту охоту никак нельзя считать «барской»: она создавалась и проводилась выжлятниками, борзятниками, доезжачими, проявлявшими при этом и острую смекалку, и превосходную изобретательность, и стремительную удаль. Прекрасная организация и внешний блеск псовой охоты были обусловлены трудом крепостных. Однако плоды этого труда присваивались, как и во всем, впрочем, помещиками.

На псовых охотах употреблялись одновременно и борзые, и гончие. Стая гончих «набрасывалась» в тот или иной отъем или остров, а верховые охотники, держа на сворках борзых, заранее занимали лазы, где мог «пролезть» зверь.

Травил зверя тот из борзятников, на чей лаз он попадал. Гончие, выставившие зверя в поле, возвращались выжлятниками обратно в остров.

Заяц-тумак (помесь русака с беляком)
Заяц-тумак (помесь русака с беляком)

Помимо больших (так называемых комплектных) охот, практиковались и более скромные — в наездку, когда несколько борзятников шеренгой, примерно в ста пятидесяти шагах друг от друга, выезжали в поле, «прохлопывая» наиболее типичные .для зайца (или лисицы) места.

Таких охотников называли «мелкотравчатыми».

Эта форма охоты с борзыми в настоящее время возрождается в некоторых наших военно-охотничьих коллективах. Надо пожелать, чтобы она развивалась смелее и шире.

...В привольных и беспредельных степях юга и юго-востока до сих пор сохранилась кое-где охота на зайца с ловчими птицами, несколько напоминающая охоту с борзыми. Наиболее выносливой, сильной и ловкой среди ловчих птиц считается беркут.

Охотники выезжают верхом, держа беркута на руке, одетой в кожаную рукавицу и опирающейся из-за тяжести птицы на особую подставку.

Глаза беркута закрываются колпачком; лишь только взбужен заяц, колпачок немедленно снимается. Беркут легко и быстро берет зайца, и там, где зайцев много,— а в степях их много почти повсюду,— охота протекает весело и приносит немалую добычу.

... В богатых заячьих угодьях охотятся еще при помощи облавы, устраиваемой очень просто: цепь загонщиков шумно «прочесывает» определенный участок леса, направляясь к линии стрелков. Наиболее добычлива такая облава в те ледяные и звонкие дни, которые выпадают иногда в исходе осени, перед снегом. На такой облаве под ружье попадают нередко и золотистые, вы-куневшие лисицы, и черно-синий, крепкокрылый тетерев.

... Охота нагоном отличается от облавного способа тем, что охотник становится на номер в таком ме



Источник: http://www.ohota.zp.ua/
Категория: Что стреляем? | Добавил: ukraine-fish (17.02.2009) | Автор: ukraine-fish
Просмотров: 2851 | Рейтинг: 5.0/3 |
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Форма входа
Логин:
Пароль:
Поиск
Друзья сайта
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0